Мельницы Агнир' Тесса

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мельницы Агнир' Тесса » Flashbacks » Дорн, Хелдис, Бертран: 698 год, Рассейнд, дом герцога Тинарр-ана.


Дорн, Хелдис, Бертран: 698 год, Рассейнд, дом герцога Тинарр-ана.

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Семья герцога недавно перебралась в заново отстроенный дом после того как они несколько лет вынуждены были прожить в доме друга старшего Бертрана – сотника Хатана. Воспоминания о позорном бегстве из Дартмура притупились, но все еще хранились в глубине сердца каждого Тинарр-ана.
  Каждый день семья традиционно собиралась вместе за большим обеденным столом. Старый герцог сидел во главе, по его левую руку – супруга, гордая Айлинн, по правую – старший сын, Бертран Дэбиан. Рядом с Бертраном было место младшего сына Тинарр-ана – Глодерика, подле матери сидела единственная дочь Хелдис.
  В этот день в доме царило радостное оживление – Бертран чествовал старшего сына, недавно ставшего командиром Темной сотни. По такому случаю в трапезной собралось много гостей – близкие и не очень друзья, знать Рассейнда, все сотники со своими семьями (старик герцог тешил свое самолюбие, выставляя напоказ то, как поднялся его сын).

2

Было шумно, Бертран, весь день принимавший поздравления, уже устал пожимать руки и раскланиваться. Поэтому когда в ноги стукнулся бегущий младший брат, остановил мальчишку. Тот поднял на Бертрана синие глаза, облизнул губы.
- А там...А там...там знаешь что?
- Что? - нахмурил брови свежеиспеченный сотник.
- Сотник Хатан приехал! С Хайертом, помнишь, я ему обещал рожу набить? Вот он приехал. И его девчонки! Отец тебя зовет а я побежал и влетел и...
- Ладно, беги давай. - парень направил Глодерика в другую сторону, направился к воротам встречать приезжих.
Герцог Бертран между тем уже беседовал с Хатаном во дворе. У Хатана не было фамилии, он был рабом, которого отдали в войско вместо страшего сына. Теперь он был по статусу выше статусом многих приглашенных гостей.
Поприветствовав Хатана и его родню, Бертран присмотрелся к приехавшим дочерям сотника. Неизвестно зачем их привели сюда. По ресски обычаям девушкам положено сидеть дома.

3

Семья Хатана была немногочисленной по ресским меркам - всего три сына и две дочери, тем более, что дочки, как выражался сам Хатан, были "мертвым грузом", который скоро должен был покинуть семью. Жена сотника Кайна стралась унять беспокойно приплясывающих на месте младших сыновей - близнецы были сущим проклятием, сейчас они стремились поскорее встретится с Глодериком, чтобы остаток дня провести поднимая на уши весь дом.
Дочери Хатана - Каис и Хелета, погодки, стояли чуть в сторонке от родителей, уже исполнив ритуал приветствия и теперь перешептывались и оправляли друг дружке волосы. Обе они были темноволосы и темноглазы, девушки на выданье, воспитываемые отцом в строгости, которая впрочем не смиряла их веселый нрав. Завидев младшего Бертрана сестры переглянулись и скромно потупили глаза долу, предварительно успев обменяться смешливыми взглядами. Старшая Каис, помня утренний разговор с отцом, смело ступила вперед, якобы для того, чтобы поприветствовать давнего друга от имени матери, занятой детьми.
- Да сияет солнце над твоей головой, господин, - цеременно произнесла она намеренно громким голосом, чтобы услышал отец и уже тише добавила: - Поздравляю, Бертран. Не каждый день мы встречаемся со столь знатным воином. Надеюсь, служба твоя будет доброй. Знал бы ты, как мы рады приехать к вам. Отец запер нас с Хелетой дома, словно затворниц, и шагу не ступить без его ведома. Мы буквально умираем со скуки!
Каис защебетала, словно птица, невзначай протянув мужчине руку, чтобы он провел ее в дом. Девушка никогда не отличалась сдержанностью, что многие, тем не менее, относили к ее достоинствам - ее жизнерадостность хоть порой и доставляла неудобство собеседникам, могла освежить мрачные мысли иных воинов. Хелета, стоя в сторонке, прыснула со смеху и отбежала поближе к матери, пристыженная молниеносным взглядом старшей сестры.

4

Хелдис забегалась по дому, раздавая указания направо и налево - нечасто они с матерью готовили такое празднество. Выходя из кухни, девушка едва успела увернуться от мчащегося на нее младшего брата. Ловко поймав, Глодерика за руку, Хелдис шутливо нахмурилась:
- Ты едва не посносил всех гостей! Куда торопишься, словно тебя мантикора за пятки хватает?
Мальчишка недовольно вывернул руку из пальцев сестры и быстро пробурчал:
- Куда бегу, то мое дело. А ты лучше бы шла гостей встретила. Отец во дворе с Хатаном, его девчонки про тебя спрашивали, - на этой фразе Глодерик сорвался с места и прошмыгнув мимо юбки сестры, успел ухватить с блюда, выносимого слугой из кухни, кусок пирога. Хелдис ласково улыбнулась ему вслед и поспешила к гостям на двор.
Поклонившись Хатану и его жене, девушка подошла к Хелете, смеющейся за спиной у матери. Дочери сотника никогда не были близкими подругами Хелдис, но в силу близкого возраста и положения, они общались довольно много.
- Какое платье! Отец все-таки купил вам того мадлонгского шелка! А говорили, что не позволит, - не без зависти в голосе отметила Хелдис наряд Хелеты. Последняя же ответить не смогла, давясь приступами смеха, и лишь кивком указала Хелдис на сестру. Дочь герцога недоуменно оглянулась и тут же поняла, что так развеселило Хелету. Хелдис никогда не понимала поведения Каис, а теперь почувствовала едва ли не укол ревности - за последние годы брат стал ее близким другом. Кроме того, гордая кровь матери, несмотря на благодарность семье Хатана, нашептывала Хелдис, что ни один из его детей не пара детям Тинарр-анов. Девушка подхватила Хелету под локоть:
- Пойдет в дом, расскажешь последние новости. Давно ведь не виделись. А они, - Хелдис кивнула в сторону родителей, - нас догонят.

5

Бертран шел к дому под шелестящие речи старшей сотниковны. Она не умолкала ни на минуту, повествуя о дороге, о братьях, о том, кто неизвестный Келлагер сказал Саймаку и прочем, прочем, прочем.
Мужчина слушал, кивал, иногда отпускал короткие комментарии, чтобы поддержать разговор. Честно говоря, он с куда большим удовольствием пообщалсябы с Хатаном или его старшим сыном, Саймаком. Саймак же, шел рядом с герцогом и отцом, и почему-то не сводил взгляда с Хелдис.
Берт обернулся, увидел, что Хелдис взяла под руку Хелету. Младшая, модница, и вправду, сияла мадлонгским шелком, на зависть Хел.
Надо будет тоже достать Хел что-нибудь этакое, чего ни у кого не будет. Девушка ведь на выданье, красавица...Да что там говорить.
- Какого вы мнения о новом художнике? Говорят, Этельдир - просто мастер своего дела... - спросил он, не понимая, о чем говорить с этой девушкой, но стараясь быть вежливым.
Гостей устроили в доме, Бертран разговаривал с Каис, прежде чем его отозвал отец.
- Берт...ты понимаешь, что ты уже вырос и Каис - хорошая девушка, а Хатан - друг нашей семь и много сделал для нас. Будь с ней поласковее. Ты понял меня?
Настроение упало. Бертран побледнел, поскольку понял, зачем Хатан привез обеих дочек. Женитьба. Его решили охомутать сотниковой дочкой.
И что делать?
Таак...
Платье Хелдис очень кстати мелькнуло в проеме двери.
- Хелдис...подойди пожалуйста... - он вывел сестру на веранду, чтобы никто не мешал.Накрывали столы, их никто не слышал.
- Мне очень нужна твоя помошь в одном деликатном деле...

6

Голова Хелдис гудела от сплетен, в которых Хелета была настоящей мастерицей. Оставив сотникову дочку в компании своей матери, одним своим взглядом легко заставившую Хелету умолкнуть, она поспешила вернуться к своим делам по хозяйству. Айлинн же, как всегда излучающая поистине королевское достоинство, продолжила встречать гостей - каждому надо было сказать приветливое слово, какого бы звания ни был пришедший.
Хелдис едва успевала уследить за тем количеством дел и указаний, которые ей надо было отдать - то тут, то там слугам требовался совет хозяйки, чьи обязанности сегодня исполняла ее дочь. Девушка почувствовала, что еще до начала пира она страшно устала, а ведь впереди был целый вечер общения с гостями. Нельзя сказать, что такие сборища нравились Хелдис, скорее наоборот - она предпочитала уединенное размышление шумному веселью, которое наверняка намечалось на ближайшие часы. К тому же, все чаще появления в обществе стали напоминать ей торговые дни, где на продажу выставляли коней. Чувствовать на себе оценивающие взгляды было ужасно неприятно, но таковой была воля ее родителей. Одно смущало Хелдис - недавно ей исполнилось двадцать - по ресским меркам она давно уже засиделась в девках, только вот герцог воротил нос от каждого жениха, вежливо, но настойчиво выпроваживая их со двора.
Мысли Хелдис были прерваны голосом брата. Девушка была рада провести хоть несколько минут, общаясь с по-настоящему дорогим ей человеком. Она сразу заметила, что меж бровей Бертрана залегла глубокая складка - похоже, что его мысли занимала какая-то проблема. Дальнейшие слова брата подтвердили опаснеия Хелдис:
- Что случилось, Бертран? Ты на себя не похож, словно привидение увидал, - спросила она с беспокойством в голосе, невольно вспомнив о том, как жужжала ему в уши Каис. Хелдис раздраженно отметила про себя, что такая девушка, как дочь сотника была последней в ряду тех, кого она бы хотела видеть своей невесткой.

7

- Ага, именно призрак. Хатан привез своих дочерей, отец только что говорил со мной. И дал понять – не прямо, но все же... В общем, передо мной замаячил призрак скорой свадьбы.
Стоило ли говорить, что Бертран никогда не проявлял особого желания соединить себя с какой бы то ни было девушкой узами брака? Его позиция была такова: семья, это конечно, хорошо, но не для того, кто сегодня уходит из дома на коне, а завтра может приехать обратно трупом поперек седла.
Да и Каис, без сомнения, могла осчастливить какого-нибудь молодого человека, но не сотника – это уж точно.
- Понимаешь, она конечно ничего и внешне все при ней, и все такое, но… Хелдис, я не хочу на ней жениться. Понятно, если отец заставит – никуда не денешься, его слово закон. Но как представлю, что каждый раз, возвращаясь домой я буду слышать её трескотню – волосы дыбом лезут. – Бертран улыбнулся, оперся об ограждение балкона. С крыши сорвалась птичка и улетела, оставив Берту памятный подарок-каплю на черном рукаве повыше наруча. Он принялся счищать «подарок небес» и ненадолго замолчал.
- В общем, девушки всегда смыслят в этом больше нас…помоги мне отвадить её, а? С меня причитается…
Да уж, если Хел не поможет – придется либо жениться либо долго ругаться с отцом а потом все же жениться. Лучше бы передо мной маячил вражий отряд чем эта Каис.
В общем-то так оно и было – уверенный в себе, когда требовались сила и меч, Бертран пасовал перед девичьими хитростями. Сколько на него гадали, привораживали (и привороты снимали) – сложно сосчитать. Но девушки по сердцу себе парень еще не сыскал.

8

Хелдис не смогла сдержать улыбки - забавно было видеть старшего брата таким растерянным и беспомощным. Девушка подавила смешок и, поднявшись на цыпочки, чмокнула Бертрана в щеку, о чем сразу пожалела, потому что укололась о жесткую бороду.
- Ну, это не беда. Только папе меня не выдавай, а с Каис я поговорю так, что она сегодня же вечером будет валяться у Хатана в ногах, умоляя не отдавать ее за тебя. И ты знаешь Хатана - он не сможет устоять. Ну же, улыбнись, а то гости решат, что ты не рад званию сотника.
Улыбаясь, Хелдис вышла с балкона, обдумывая те слова, что она скажет Каис. Найти последнюю было легко, она уже наступала на уши новой пойманной "жертве" - среднему сыну сотника Стали Карами. Юноша затравленно озирался, но дочка Хатана крепко держала его за рукав, пресекая тем самым любую попытку к позорному бегству молодого воина.
Хелдис напустила на лицо горестное выражение и, подойдя к беседующим, тихо, но явственно вздохнула. Каис тут же отвлеклась, при этом ослабив хватку цепких пальчиков. Благодарно поклонившись Хелдис, юноша поспешил ретироваться на безопасное расстояние. Сотникова дочка уже потеряла к нему интерес и приобняв Хелдис за талию, отчего та поморщилась, тихо прощебетала:
- Что случилось, милая? Ты так грустна. Не дело сестре сотника на празднике брата грустить. А ты уже говорила с Саймаком? Он искал тебя, но я ему сказала: "Хелдис наверняка занята по хозяйству, не смей ей мешать!". Ой, дорогая, я же знаю, какая ты всегда была исполнительная. И все же, думаю сейчас мы найдем Саймака, чтобы ты не скучала, - Каис хитро улыбалась девушке, которую считала едва ли не своей лучшей подругой.
- А Хелета опять мучает своими глупыми расспросами гостей. Знаешь, отец сказал ей с утра, что если она не сможет держать рот на замке хоть пять минут, то он точно оставит ее дома до конца года. Ой, прости, ты ведь что-то хотела сказать? Да, почему ты так грустна? - вспомнила Каис.
Хедис терпеливо выждала, пока словесный поток иссякнет и начала было отнекиваться, но после непродолжительных уверений Каис, что она сохранит все сказанное подругой в тайне, с запинкой и дрожью в голосе начала жаловаться:
- Ох, Каис, это все Берт... папа хочет, чтобы он поскорее женился, да и мы с матушкой так бы этого хотели, но он такой упрямый. Ты себе не представляешь, что он стал за человек. Это просто ужасно, - Хелдис покачала головой, - Знаешь, это все его жизнь при сотне. Там такое творится!, - на этой фразе следовало округлить глаза и понизить голос. Каис нетерпеливо вцепилась в рукав девушки.
- До нас такие слухи доходят. Говорят, он меняет женщин, словно перчатки, причем это такие женщины...ну, ну ты знаешь, те..., - Хелдис словно от стыда опустила глаза в пол, - Ах, милая, как я сочувствую его будущей супруге! Да хранят ее Боги, нелегко придется бедняжке, выдерживать все эти сплетни.
Хелдис удовлетворенно отметила как вытянулось лицо у Каис. Дочь Хатана не отличалась особенным умом и даже слабый актерский дар Хелдис смог ее легко убедить во всем сказанном. Добив нежеланную претендентку еще несколькими минутами жалоб, Хелдис благодарно пожала ей руку.
- Спасибо, дорогая. Что бы я делала без твоего понимания. Но ты права, стоит пойти к гостям. Негоже грустить на празднике.
Каис беспокойно оглянулась, словно ища кого-то и Хелдис очень надеялась, что она искала глазами отца или мать.
- Да, да...ты ступай. Я должна найти Хелету, - с этими словами Каис решительно направилась к обнаружившейся поблизости младшей сестре и стала что-то ей настойчиво нашептывать на ухо. При этом лицо у Хелеты едва ли не просияло, но Хелдис этого уже не видела.

9

Это было забавно и отчасти походило на сказку. Как в истории о княжиче Хелеворне и царевне-соколице. "Полно, княже, ложись спать, а к утру все устроится". Княже, то есть, сотник, вверив свою судьбу царевне-соколице, отправился разговаривать с гостями. Традиция требовала пригласить всех сотников на праздник. Но из десяти сотников пятеро были в дозоре, один охранял князя ( самого князя пока приглашать было еще некультурно, по традиции если тот хотел осчастливить праздник своим присутствием, он это делал, но приглашать было нельзя - потому как от приглашения не отказывались).
Таким образом прибыли: Хатан, сотник Зеленой сотни, Кенгорм, сотник Стали Карами с сыном. Остальные очень извинялись, прислали вместо себя подсотенных и хорунжих.
В общем, шумно и бурно рассаживались самые близкие в Рассейнде Тинаррам люди. Те, кто помогал и те, с кем они общались. Чуть больше ста человек.
Неизвестно как там Хелдис отваживала сотниковну, но от вежливого предложения сесть по левую руку от Бертрана она отказалась - так что место осталось незанятым.
Глодерика поймали, вытерли от размазанного по лицу пирога. Бертрана-старшего дождались и дозвались из кабинета, где он уже беседовал с Хатаномза бутылочкой мадлонгской "Жемчужной реки". Ни один не признался, какой бутылка была по счету.
Рассадить уйму гостей за столом, да так, чтобы никто не был обижен - сложно. Поэтому столы поставили квадратной подковой - некая замена круглого стола. Насчет еды подготовились основательно, ухлопав в это дело все Бертрановы подъемные. Поэтому подали большое количество мясных блюд, салаты, сладкое...на столе все не умещалось, поэтому нанятые специально люди заменяли опустевшие тарелки полными.
К середине застолья Бертран чувствовал себя уже тяжеловато. Причиной тому была традиция: каждый гость подымался с тостом или поздравлением. Тост сопровождался бокалом или чашей напитка, а поздравение - блюдом. Соответственно требовалось съесть или выпить. Если голова по молодости лет и с учетом большой массы тела, еще не опъянела, то желудку хотелось разорваться на части.
При этом Бертран все же старался согласно предписаниям добрым взглядом Каис, и временами поглядывал на Хелдис, от которой зависела его судьба.
Пришло время благодарственного тоста. Сотник поднялся, взял в руки чашу.
- Господа, леди. Я безмерно рад тому что вы откликнулись на мою просьбу и приехали сюда, в Закатную Долину. Воля богов была на то чтобы я стал новым сотником Темной сотни.  Да не оставят они сотни и сотника. А чашу хочу выпить за тех, кто сегодня здесь. За моих родных и друзей. Пусть хранят боги вас, князя и эту землю.

10

Над столами стоял равномерный гул бесед, прерываемый лишь часто произносимыми тостами, причем с каждым часом частота их произнесения увеличивалась в геометрической прогрессии. Гости, в большинстве своем не обладавшие железным здоровьем того, за кого они пили, уже порядком набрались. Языки стали заплетаться, мысли, одурманеные винными парами, разбегались, речи стали более громкими и приобрели некую грубоватость, каждая поднятая за нового сотника чарка встречалась радостными возгласами. Когда же поднялся сам Бертран, над головами восстановилось гробовое молчание, которое сразу было нарушено гулом одобрения слов сотника. Гости пили за князя и родную землю полные чаши, до дна, и с шумом ставили опустевшие чарки на стол.
Сестры сотниковны сидели между своей матерью и Хелдис. Хелете порядком наскучило мерное течение пиршества и она то и дело крутила чернокудрой головой по сторонам, посмеиваясь над смешно клевавшими носом над блюдами перепившими гостями.
- Ай! Ты сдурела что-ли?, - звонко вскрикнула она, обращаясь к сестре, только что пнувшей ее под столом острым каблучком.
- Не крути головой, курица, - прошипела в ответ Каис, скорбно закатив глаза. Младшенькая была даже в большей степени, нежели она сама, обделена богами по уму. Впрочем, это было закономерно и с успехом компенсировалось миловидным личиком Хелеты. У Каис же вертелась в голове неотступная мысль - если она не сможет подставить на свое место сестру, то Хатан, твердо решивший связать свою семью с герцогской, и не послушает ее возражений, а с радостью отдаст за Бертрана. Девушка передернула плечиком, после разговора с его сестрой, ее эта участь радовать перестала. Только вот заставить Хелету вести себя соответственно задуманному Каис плану было ой как нелегко.
- Глупая, не видишь что-ли, Бертран совсем заскучал, ты в его сторону и не смотришь. Нехорошо так, хоть бы улыбкой подарила разочек, - вздохнув, прошептала она на ухо сестре.
Хелета, по старой привычке во всем следовать советам Каис, мгновенно вперила взгляд в нового сотника, хлопая пушистыми ресницами и стараясь поймать его взор. Каис мысленно обругала сестренку, так нелепо она сейчас выглядела, но решив, что на безрыбье и рак - рыба, промолчала и повернулась к сидевшей по ее правую руку Хелдис.
- Знаешь, дорогая. А ведь я хотела поделиться с тобой секретом, - сказала она, наклонившись к уху дочери герцога, - Мне кажется, что твой брат запал в сердце Хелете. Давеча батюшка с ней говорил, так вот я услышала, будто уж и уговор у отцов есть. Не правда ли, как замечательно будет нам с тобой породниться?, - Каис приобняла Хелдис на последних словах.

11

Хелдис мечтала о том, чтобы вечер поскорее подошел к концу. Ей не нравились витавшие в воздухе хмельные пары - от них кружилась голова, несмотря на то, что девушка лишь пригубляла вина из своей чаши. Кроме того, она то и дело ощущала на себе чей-то пристальный взгляд. Окинув сидящих поблизости быстрым взором, Хелдис встретилась глазами с Саймаком. Ненадолго задержав взгляд, она убедилась, что именно он разглядывал ее весь вечер, и смутившись от осознания этого, опустила глаза долу, точнее - принялась рассматривать тарелку, словно внезапно нашла там что-то невероятно интересное.
Тут к ней обратилась Каис и девушка, обрадованная тем, что может оправданно отвлечь себя разговором, даже простила ей слишком уж фамильярное объятие. Впрочем, едва до нее дошел смысл слов Хатановой дочери, как Хелдис похолодела. Похоже, что она своими руками усугубила ситуацию. По сравнению с сестрой, Каис была благословением богов. Все еще храня в сердце слабую надежду, Хелдис осторожно наклонилась вперед и посмотрела на Хелету. Ее надежды тут же рухнули - девушка восхищенно взирала на Бертрана, разве что не жгла его взглядом.
Рассеянно ответив кивком на вопрос Каис, Хелдис извинилась и вышла из-за стола. Она знала, что сейчас на ее лице как в раскрытой книге легко можно будет прочесть разочарование, и решила выйти из залы на балкон.
На свежем воздухе, под легким ветерком, прилетевшим из степей, ей лучше думалось. Хелдис задумчиво водила пальцем по губам, размышляя, как можно окончательно отвадить Хатановых дочерей от ее брата, так чтобы не очернить его до последней степени.

12

Князь осадил коня у самых ворот нового добротного дома и спешился. Казалось, прошло совсем немного времени с тех пор, как Тиннар-ан с семьей бежал сюда, в Рассейнд, ища помощь и пристанище, и вот - сын возглавляет Темную сотню, а в новом доме собралась знать княжества. Дорн посмотрел на светившиеся теплым светом окна, из которых доносился шум веселых голосов и звон кубков. Пир был в самом разгаре. Дорн огляделся - никто не выходил его встречать, что в данный момент весьма радовало - ему очень не хотелось приезжать сюда к началу застолья, чтобы герцог с семьей делили по праву принадлежащие им сегодня почести с князем. Несмотря на то, что Даркмур ненавидел лицемерие, на любом пиру в его присутствии согласно придворному этикету произносилось немало тостов во славу князя. Конечно, большая их часть произносилась от чистого сердца - многим князь был люб, но, наверняка, дань этикету также отдавали, а некоторые и откровенно лезли в глаза. То ли дело было прийти сейчас, когда все захмелели, порадовались за старшего, да и младшего Тиннар-ана, а за их здоровье было поднято немало кубков.
Князь привязал коня у ворот дома - навряд ли кто-нибудь посмеет украсть его - вороной Лагнир слушался только своего хозяина, да и животное было весьма заметным, и, похлопав успокаивающе коня по крупу, зашагал к приоткрытым дверям дома. Почувствовав чье-то присутствие, Дорн поднял глаза - на резном балконе дома он заметил девичий силуэт. Лица князь не видел - девушка стояла к нему вполоборота, но то, что она была хорошо сложена и одета не бедно, он обратил внимание сразу. "Кто-то из гостей пришел с дочерьми, что и немудрено, - подумал Даркмур, - лелеют надежду, что кто-то из знатных гостей внимание обратит, а то и сам Бертран-младший". Дорн быстро прошел через двор и распахнул дверь - ему все еще не хотелось, чтобы кто-то заметил его присутствие здесь раньше, чем он войдет в горницу. К радости князя, на его пути не встретились слуги - судя по всему, пир шел горой, и все, кто должен был прийти, уже давным-давно были здесь. Он миновал полутемный коридор и на миг остановился перед дверью горницы, украшенной затейливой резьбой, из-за которой доносился шум веселых голосов. Никто не ожидал его приезда сейчас, тем более, что сам Дорн, когда его приглашали, сослался на важные дела, и сейчас князь совершенно по-детски предвкушал сюрприз. Он немного помедлил, смакуя это чувство, а затем резко распахнул дверь и шагнул в ярко освещенную залу.

13

Бертран кивал головой в такт песне, отбивая ритм круглой серебряной чашей, постукивал ею по столу. Ассе, с которым он достаточно близко сошелся з время пребывания в сотне, перебирал струны малой арфы, те звенели чистыми голосами. Густой голос воина разливался по зале, повествуя о подвигах, вольной степи и её народе. Хорошая была песня. Наконец, струны умолкли, песня была окончена и гости одобрительно загудели, послышались нестройные выкрики, требующие продолжения. Скальду поднесли чашу, он проверил натяжение струн, чем-то стал недоволен и начал подтягивать колки поочередно, прислушиваясь к струнным голосам. Берт прикрыл глаза, отпил еще глоток из чаши. Потянуло свежим воздухом. Сотник открыл глаза, повернул голову, чтобы ветерок обдул горячий лоб, отбросил привычным движением волосы за спину.
На всякий случай он сморгнул еще раз. Наваждение не исчезло.
Тогда парень встал, чем обратил на себя внимание гостей. Увидев, куда он смотрит, и остальные поднялись. Он тронул мать за плечо, осторожно сказал что-то на ухо. Хелдис поблизости не было, а гостя надобно было приветить.
Айлинн вынесла на подносе налитую до краев молодым вином чашу, поклонилась князю. Бертран подошел, на ходу опорпавляя пояс и перевязь меча.
- Гости в дом - радость в дом. Будь гостем, княже. Уважь, присядь к столу.

14

В воздухе начала разливаться прохлада сумерек. Хелдис нервно вздрогнула - ветерок уже не приносил желанной свежести, а резким холодом овевал плечи девушки. Внезапно почувствовав знакомое ощущение того, что на нее кто-то смотрит, дочь герцога оглянулась - за спиной никого не было. Посмеявшись про себя над своей мнительностью, Хелдис окинула взглядом двор и ее внимание привлек незнакомый объект - у ворот похрапывал привязанный вороной жеребец. Даже не разбиравшаяся в лошадях девушка поразилась благородному виду животного. За такое сокровище в этих землях любой продал бы себя в рабство не на один год. Неужели кто-то из знатных гостей так припозднился?
Девушка прислушалась - в трапезной смолкла тягучая песнь и голоса, до того шумевшие, как подожженный улей, внезапно смолкли. Хелдис даже стало любопытно - чье же появление могло бы быть таким знаменательным? Она мысленно перебрала в уме всех знакомых ее отца и брата. Кто бы там ни был, по правилам надо было приветить гостя.
Девушка вошла в залу той же плавной походкой, что и всегда, хотя она и умирала от любопытства поскорее узнать, кто был поздним гостем. Но не стала бы дочка герцога врываться в трапезную, как ошалелая. Мать подносила кубок длинноволосому мужчине, примерно одного возраста с Айлинн, вперившему взгляд удивительно пронзительных серых глаз в брата. Даже на расстоянии чувствовалась властность этого человека, его уверенность в своей способности приказывать другим людям. Бертран громко поприветсвовал гостя. Хелдис удивленно вскинула брови - так это сам князь! Раньше она видела Даркмура лишь издали, мельком, но зато рассказов о правителе Рассейнда понаслушалась достаточно.
Девушка тихо приблизилась к брату, став у него за спиной.

15

Первым князя заметил младший Тиннар-ан – поднявшись из-за стола, он что-то тихо сказал сидевшей рядом Айлинн, а вслед за ним и остальные пирующие, один за другим, поднялись, приветствуя высокого гостя.
- Гости в дом - радость в дом. Будь гостем, княже. Уважь, присядь к столу, - с этими словами мать сотника поднесла Дорну до краев полную вином чашу, как того требовал обычай. Даркмур, учтиво склонив голову, бережно ее принял и, по-прежнему глядя на Бертрана, отпил терпкий напиток.
"А из него выйдет толк, - подумал князь, - Смотрит в глаза, смело, с вызовом… Дерзок, ох, и дерзок… Впрочем, все лучше, чем слушать лесть разнеженных нобилей, заливающих словесной патокой уши…"
- И вам крепкой крыши, да полного стола, - проговорил князь, вновь слегка клонив голову и отдавая Айлинн чашу. Не столько увидев, сколько почувствовав, что кто-то присоединился к вышедшим встретить гостя, Даркмур увидел как Бертрану тихо подошла, став немного позади, миловидная синеглазая девушка с длинными, до пояса, волосами.
"Хелдис, - понял князь, глядя на девушку.
Дочь старого Тиннар-ана и сестра сотника, Хелдис производила впечатление спокойной и кроткой, но, несмотря на это, все сватавшиеся к ней, по рассказам Бертрана, получали от ворот поворот. Стройная и прелестная какой-то мягкой красотой, она словно бы излучала спокойствие, которое только подчеркивалось нерезкими чертами лица.
Даркмур поймал себя на мысли, что очень уж долго изучающе смотрит на нее - не пристало князю, разинув рот, смотреть, словно селянину на королевну.
- Ну, сотник, усаживай князя, - он вновь взглянул на Бертрана, - коли гости крепки, будем дале пировать.

16

Бертран уже собирался призадуматься куда посадить князя (то есть как решить вопрос с отцом, чтобы почетное мето по правую руку от хозяина освободить), как обстоятельства сыграли на руку - Бертран-старший, приветствовал князя легким поклоном, взял за плео Хатана и оба вышли из-за стола. Судя по всему - заканчивать приватную беседу. Сотник усмехнулся, показал на мгновение крепкие зубы, отвел в сторону руку, приглашая князя присесть. После него сел и сам, позвал сестру сесть по левую руку.
- Хелдис. Сестра моя. Самое большое наше сокровище, вот оно, князь. Садись, побудь с нами, Хелдис. И вы садитесь, гости дорогие. Ешьте, пейте, веселитесь.
Берт сам поставил князю высокий серебряный кубок с наливкой, подал знак, чтобы несли пирог с олениной.
- Не так чтоб очень гости крепки, уж прости, сели к столу до княжего прихода, но посидят еще, думаю, до утра.
Бертран видел, как мать с интересом изучала князя, смотрела, правда, издали. Кивнув сыну, она удалилась, оставив его самого руоковдить застольем. Бертран же придвинул князю тарелку с мясным пирогом, поднял свою чашу.
- Благодарю, что уважил, что не оставил нас в праздник. Долгоих лет тебе и всем твоим. - сотник встал, поклонился князю, гостям, выпил чашу до дна и сел на свое место.
Хм...а посмотрим, как князь наш горазд пить и кушать....может статься - и не то что сядет, а ляжет князь...надо бы спальню сказать чтоб постелили...
- Какие повеления будут? Сразу к границе или как?

17

Хелдис была рада за брата. Сам князь посетил его пир - стало быть не последним человеком считается Бертран Дэбиан нынче в Рассейнде, только что назначенному сотнику светило высокое положение, честь быть приближенным к правителю. Девушка погасила гордый блеск в глазах, опустив ресницы, но сердце ее ликовало. Князь ответил на приветствие Берта и Хелдис осторожно подняла глаза - все ж таки не каждый день видели они в своем доме такого гостя, любопытство возымело верх над привитой скромностью. Даркмур оказался намного выше, чем мог бы привидеться издалека. Что ж, как и все рессы, настоящий воин-степняк - широкоплечий, с сильными руками, не обошлось и без шрамов (по рассказам местных, Дорн Даркмур с юности отличался неукротимостью в битвах. Что-то из детства напомнило и пересуды мидарийцев о враге, в них был оттенок уважения и даже боязни). Хелдис внимательно разглядывала князя, когда к своему замешательству осознала, что и правитель смотрит на нее. Девушка быстро отвела взгляд, неучтиво пялиться на князя, тем более дворянке. Странный был взор у Даркмура, словно пробирающийся в самое сердце, отчего оно будто подпадало под действие чар, и человек цепенел.
Родители, словно сговорившись, предоставили сыну возможность исполнять обязанности хозяина и князь был усажен во главе стола на самое почетное место. Брат подозвал ее и Хелдис с достоинством поклонилась князю:
- Да продлят боги твои дни, князь. Солнце вошло с тобой в наш дом.
Девушка села по левую руку от брата. Стоящий перед ней кубок слуги тотчас же наполнили наливкой. Девушка рассеянно постучала пальцем по краю чаши, не намереваясь пить, но поднялся брат и пришлось пригубить напиток.

18

Князь хмыкнул – его и в самом не ждали, по крайней мере, места для него за столом припасено не было. Тем не менее, Даркмур сел на предложенное ему почетное место во главе стола – не время сейчас раздувать пустые ссоры.
Бертран тем временем позвал свою сестру, усаживая ее по левую руку.
- Хелдис. Сестра моя. Самое большое наше сокровище, вот оно, князь. Садись, побудь с нами, Хелдис.
Девушка подошла к столу, с поклоном приветствовала князя и заняла предложенное ей братом место. Князь внимательно посмотрел на нее - Хелдис не производила впечатление дочери герцога, привыкшей повелевать и просеивающей женихов, словно крупу сквозь сито.
- И вы садитесь, гости дорогие. Ешьте, пейте, веселитесь, - продолжал тем временем младший Тиннар-ан.
От внимания Даркмура не ускользнуло, что Бертран прервал молчаливое приветствие пирующих. Несмотря на то, что сам князь уже сел за стол, что говорило о том, что и остальные, не дожидаясь разрешения, могут продолжать пир, подчеркивать власть своего слова на этом пире, словно бы соревнуясь с князем, было лишним. И сейчас некоторые обратили внимание на то, что сотник велел гостям усаживаться, с неодобрением перемолвились парой слов с соседями, но, видя, что Даркмур не придал этому значения, да и к тому же, сам сел первым, вновь подняли кубки, на этот раз за здоровье князя.
Забываешься, сотник, - брови князя на миг сошлись на переносице, - забываешься… Ты уже не в Мидарисе.
Он осушил вместе со всеми кубок и повернулся к Бертрану.
- Хороший дом. Надеюсь, для Тиннар-анов он будет более благополучным, чем предыдущий.
Князь протянул руку, взяв кусок мясного пирога.
- Что отец говорит, Бертран? Кэрриган все негодует о его присутствии здесь, да ее можно понять. Что он думает делать дальше?

Отредактировано Дорн Даркмур (2009-04-17 22:56:04)


Вы здесь » Мельницы Агнир' Тесса » Flashbacks » Дорн, Хелдис, Бертран: 698 год, Рассейнд, дом герцога Тинарр-ана.