Мельницы Агнир' Тесса

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мельницы Агнир' Тесса » Племя Солнцеворота » Дом Старейшин


Дом Старейшин

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Возможно, когда-то это место было всего лишь утоптанной площадкой на земле, на которой собирались старейшины, садились в круг и решали вопросы племени. Однако, сейчас это светлое и просторное здание в центре деревни, в котором на Совет собираются предводители племени, вершат суд старейшины Солнцеворота и решаются важнейшие дела Осеннего леса.
Одноэтажный дом с резными наличниками состоит из одного просторного зала, у дальней стены которого на равной высоте расположены два удобных кресла - это места старейшин.Когда собирается Совет Старейшин на середину зала выносят тяжелый стол из резного дуба, вокруг которого расставляют кресла. Дом украшен и всегда прибран.На ступеньках высокого крыльца в день суда собирается очередь.

2

67 день весны 703 года
       Ортин сидел в резном деревянном кресле, опираясь на локти и уронив голову на руки. Старейшину терзали сомнения.
       Вот уже три дня Искоростень гудел, как улей. Невиданное дело – с границ стражи привели чужаков. Три дня назад пришел отряд из племени Старого Коршуна, привел с собой ресских гостей: девушку-посла (виданное ли дело переговоры девке поручать!) и, бывшего сородича, отцу которого Совет запретил переступать границы Осеннего леса. Ортин нахмурил брови, Эжени ахнула – велели запереть, стали думать, как поступить. Вернувшемуся изгнаннику – смерть, таковы законы, но не сам изгнанник – сын его пришел. Самые старые старики не смогли вспомнить, чтобы такое случалось, пришлось новые законы писать.
        Только решили, соплеменника оставить, а посла недощипанного обратно отправить, как снова гром прогремел. Пришли воины Серого пера, тоже с границ и тоже с уловом. Привели троих, справного война, девку, опять же, молодую да мага. Говорят, посольство Мидариса, соседа северного.   
       Тут уже поняли Ортин и Эжени, что серьезно все, нужно Совет Старейшин собирать. А дело это долгое, если до Амароха соберутся мудрые, и то хорошо. Посовещались Ортин с Эжени и решили  - чужаков пока оставить в Искоростене, но не под замком. Пусть поживут, оглядятся, заодно и бары к ним присмотрятся – если вдруг почуют злой умысел, то никогда не поздно за границы леса увести, а то и в землю закопать. На  своей земле – бары хозяева, по своему закону живут, от начала века так было и никто им слова поперек не смеет сказать. Так тому и быть.
       Эжени осталась дома, а Ортин решил объявить решение незванным гостям. Воины привели их на круг - Ортин в окно видел, как собрался вокруг площади народ. После трехдневнго сидения в клети - допускать чужаков до печного огня раньше времени никто не решился - люди вряд ли окажутся в хорошем настроение, но не дело барам угождать незванным. Чай не замерзли, лето скоро.

3

Первый день лета 704 года
       Наконец, наступило то, для чего со всего Осеннего Леса в Искоростень съехались старейшины. Время Совета настало.
       Мудрые долго сомневались, стоит ли проводить его прямо в праздничную ночь, ночь Амароха, но когда еще Предки смогут так пристально проследить за своими детьми, приглядеть, чтобы не нарушалась Правда, чем в самую первую ночь года, когда чистый мир отторгает всякое непотребство?
       Один за другим в комнату входили старейшины. Первым появился Мирослав, огненную гриву которого было не потерять в праздничной толпе, сел на свое место. Предки были особенно милостивы к нему, придав его чертам истинно медвежью силу. Легкой белкой проскользнула в зал Ольха, самая молодая из старейшин, которой за особый дар предугадывать будущее, бары Серого Пера успели дать прозвище Вещая. Степенно прошествовал Талистан, старейшина племени Каменной Черепахи. Бары этого племени славились своей основательностью и неспешностью в принятии решений, поэтому к словам Талистана остальные старейшины прислушивались особо, зная, что просто так он воздух сотрясать не станет.
       За ними еще трое старейшин вошли в зал, предназначенный для совета, и расселись по своим местам. Не хватало только Ортина и тех, кто, собственно, и стал причиной неожиданного сбора предводителей всех племен.

4

Первый день лета 704 года

"Нашли, когда совет устраивать," - в сердцах думала Эрин, утаскивая за собой только-только вознамерившегося развлекаться Ингрема (а это с ним редко случалось, кстати) и маршала, у которого тоже не совет был сейчас в голове. И не потому, что старый воин подавал какие-то признаки легкомыслия, а потом потому что праздник - последнее время в списке удобных для проведения переговоров. Собственно, надо думать, на это и был рассчет у баров.
Короче, чем дальше, тем больше Вальмор хотелось покинуть эти слишком гостеприимные земли, пребывание в которых было сущей пыткой для верного последователя Таико.
Женщина спокойно поклонилась вслед за Ингремом и маршалом, намеренно держась на полшага позади мужчин. Говорить будет глава посольства, Ингрем - возможно - поучаствует, а она будет слушать и... запоминать. Главное, понимаете ли, не вступить в конверсацию. И села она тихо, подумала было, что хорошо бы глаза опустить... но не вышло. Не умела Эрин глаза опускать, ага.

5

Если Эрин надеялась, что Хальвар будет участвовать в переговорах - она глубоко заблуждалась. Сам маг был полон решимости перепоручить сию почетную и ответственную миссию господам, более или менее сведущим в тонком искусстве ведения дипломатических бесед. Надо сказать, себя к подобного рода людям Ингрем ну никак не относил, к тому же не желая вмешиваться в столь серьезные дела, рискуя их испортить. Его вообще брали с собой не в качестве переговорщика: вызывая в памяти беседу с Вальмор, Хальвар легко мог припомнить, что она говорила что-то о "стоять с каменной физиономией" и "грозно хмуриться" - и с этими заданиями Ингрем справился бы блестяще, а все остальное не должно было бы быть его заботой.
В какой-то мере маг даже был благодарен старейшинам: своевременным приглашением они избавили Хальвара от необходимости слоняться по поляне, изображая радость и воодушевление, которых маг определенно не испытывал. Эрин, кажется, такой же радости не испытывала - она всерьез собиралась повеселиться - и Хальвар счел нужным ободряюще похлопать подругу по плечу. К тому же, бары наконец-то соизволили перейти к делу, а значит, их пребывание в этом лесу независимо от успеха переговоров подходит к концу, а значит - скоро Хальвар перестанет томиться от безделья, как томился все эти дни.
Вслед за маршалом Ингрем поклонился старейшинам и выпрямился, ожидая начала разговора. Эрин отступила, предоставляя, кажется, мужчинам право ведения переговоров - Хальвар же уступал право первого слова маршалу, по определению более сведущему в этом деле, чем маг-книжник. Ингрем спокойно оглядывал окружавших их старейшин с ненавязчивым любопытством пытаясь предположить, что же на уме у каждого из них и какого исхода стоит ждать гостям... из обеих стран - не стоило забывать и о гостях из Рассейнда, присутствие которых вполне могло не слишком хорошо повлиять на ход переговоров.

6

Первый день лета 704 года

Наконец-то главное блюдо праздника было подано - в лучших традициях местной сервировки в виде старейшин всех племен Осеннего леса. Венди, наблюдавшая до этого за празднеством и его участниками с ленивым любопытством греющейся на солнышке кошки, вся внутренне подобралась, насторожилась, как тот же вышеупомянутый зверек, в поле зрения которого попала потенциальная добыча. Время для наблюдений подходит к концу, совсем скоро наступит пора действовать. Наконец-то...
Когда Хайне спросил ее о планах, она лишь бросила на него красноречивый взгляд и отправилась в дом старейшин, нисколько не сомневаясь, что бар двинется следом. Не считал же он, в самом деле, что она станет излагать ему своим планы?
Она вошла в дом сразу за мидариссцами и тут же окинула взглядом комнату, оценивая ситуацию. Не составило труда быстро определить, кто будет выступать в роли уст Ее Величества. На этой шахматной доске были расставлены почти все фигуры - ей просто нужно занять свое место. Что она не замедлила сделать,  поприветствовав старейшин почтительным поклоном и встав недалеко сбоку от маршала, но все же немного позади - словно подчеркивая тем самым, что не претендует на равный с мужчиной-посланцем статус. Всегда будет время выйти из тени - главное, подгадать это время наиболее выгодно. Венди с нетерпением ждала слова королевских послов - по венам побежал жидкий азарт, как всегда бывало в таких непредсказуемых играх - никогда ведь не знаешь, чем окончится шахматная партия.

7

Первый день лета 704 года
        Будто почувствовав, что все собрались и ждать больше некого, в Доме Старейшин появился Ортин. Как должно поприветствовал собравшихся мудрых и повернулся к незваным гостям, которые за время, проведенное в Лесу, успели показать себя, каждый по-своему. Ортин и другие старейшины внимательно следили за людьми и не только людьми из внешнего мира – не мелькнет ли во взгляде злоба, подлость, алчность, не запятнает ли себя гость недобрым поступком. В конце концов, старейшины сочли, что пришельцы достойны того, чтобы их выслушать, хотя и не все смогли вызвать доверие мудрейших баров Осеннего леса.
       - Гой еси, добрые гости. Пусть духи предков будут ласковы к вам и в следующем году, как в этом, - старейшина бросил короткий взгляд на бара, пришедшего с чужаками, будто пытаясь понять, помнит ли он Торока и Нарана, Велену и Сирин, или теперь поклоняется людским богам. – Вы честно прожили у нас дни и ночи перед Амарохом, когда предки изгоняют из мира все дурное, и новый огонь дарует лесу новую жизнь. Не нам спорить с мудростью Рода и, если духи не увидели в вас дурного, и мы верим, что вы не таите ножа за пазухой. Теперь я хочу спросить вас, с чем вы пришли в Осенний лес?

8

Первый день лета 704 года

Тягучий с лёгкой хрипотцой голос старейшины успокаивал, заставлял прислушаться к его словам и даже знаменитое "гой еси", которое звучало для отвыкших от звуков родной речи ушей бара, как странное выражение, пришедшее из далёкой сказки, не портило возникшее впечатление. С другой стороны, правду сказать, Хайне не верил в богов как в таковых. Ни в барских, ни в человеческих. Некоторые жрецы людей говорят, что Бог на самом деле един, но он так велик, что люди не в состоянии познать его всего. И потому они поклоняются его теням, которые являются лишь частью великой сущность. Красивая идея, в которой есть своё очарование и в которую хотелось бы верить... Но Вестенфульц знал, что он воин и ему достаточно было поклонения Рокану, кем бы он ни был, а также Инаре, которой он молился с самого детства, прося... неважно о чем. Боги не слушают людских просьб. Но замечают людские поступки.
И, странно, сейчас он должен был бы дать слово Венди, но... Какое-то чувство потянуло его вперёд, заставило сделать несколько шагов и поклониться в ноги Старейшине. Бар не почувствовал урона своей гордости, когда произнёс:
- Я хотел бы обрести Родину под сенью деревьев этого Леса и семью среди тех, чья кровь бежит по моим венам. Но прежде я должен выполнить свой долг пред человеком, которого признал я своим вождём.
С этими словами Хайне разогнул спину и вновь отошел на прежнее место - на шаг позади Венди.

9

Первый день лета 704 года...дальнейшие события история не сохранила. Но в результате, посовещавшись и выслушав доводы сторон, старейшины решили предоставить Мидарису проход по своим землям, но лишь в конце лета и начале осени, когда присутствие чужаков не потревожит обитателей леса, спящих зимой. Однако же не обошлось без сложностей: природа магии, используемой пришедшими из большого мира, была чуждой барам. Впрочем, это могло бы и не прийти в голову представителям миролюбивого, в целом, народа , если бы не старания Венди, хитроумной посланницы рессов, незаметно заронившей подозрения в головы Мирослава и Талистана, которые ее спутник Хайне только укрепил. После Совета над головами послов Мидариса нависла угроза. Единственным носителем чуждой магии был Ингрем, поэтому он вызвал немалое неудовольствие у призванных старейшин, причем особенно ярился Мирослав. Бары разрешили Мидарису пользоваться путями Осеннего леса только на условии наискорейшего удаления мага из Леса, и, в дальнейшем, отсутствия любых, обладающих магической силой людей в торговых караванах. Поскольку маги нередко охраняли обозы, это условие значительно уменьшило выгоду заключенного соглашения для Мидариса. 
   Удаляться мидарийским посланникам пришлось крайне быстро – в чем им помог Карбунель, вызвавшийся проводить послов до границ леса.Тайными тропами он провел Альфреда, Эрин и Ингрема к выходу из Осеннего леса, и поразмыслив, решил выйти в большой мир. Посланники предложили ему путешествовать по Мидарису вместе, и это предложение ученик мага принял.
   Таким образом, посольства везут в свои столицы противоречивые новости - с одной стороны, планы Мидариса частично осуществились, с другой же, рессы явно успели завоевать доверие старейшин, что дает им свободу действовать в Осеннем лесу в своих интересах.


Вы здесь » Мельницы Агнир' Тесса » Племя Солнцеворота » Дом Старейшин