Мельницы Агнир' Тесса

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мельницы Агнир' Тесса » Дартмур: территория города » Храмовый квартал: Театр


Храмовый квартал: Театр

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Театр – место для увеселений и пропаганды. Огромное округлое сооружение, выложенное крупными каменными блоками, расположилось на окраине храмового комплекса, что не случайно. Изначально его строили для восхваления богов «праведных» и наоборот очернения тех, кто не мил светской власти. Театр крыши не имеет, лишь козырек, прикрывающий зрителей, а вот актеры окажутся мокрыми, если внезапно пойдет дождь. Места в театре делятся на две категории: места-простые и места-уединенные. Первые, по сути, представляют собой обычные скамьи, занимающие примерно 80% всего пространства зрительского пространства, а вторые – это ложи, в них можно спокойно наслаждаться небольшой компанией.
   С тех пор, как был построен театр, прошло не одно столетие. Сцена повидала великих актеров и режиссеров. Сюжеты уже давно отошли от идеи восхваления Сионара, Карами или Манора. Теперь на сцене можно увидеть многое, в том числе и неугодное последователям «праведных» богов.

2

Седьмой день лета

   Три четверти того, что делается на репетиции, обычно не входит в спектакль (К. Станиславский). И далеко не все гости приходят посмотреть спектакль. Так и Жинетт-Лазарин шла в театр не для просмотра, а скорее приятного знакомства. Но всё по порядку.
   Поздравив своих многочисленных родственников-кровососов с приходом Амароха, Курфильд покинула свое поместье и отправилась в Академию, по дороге заскочив в Дартмур, где надеялась купить пару коробок конфет для сладкоежки-ректора и разной мелочи для себя любимой. Ну и, наконец, Баронесса желала отдохнуть в компании одного из любовников.
   Прибыв в столицу вечером шестого дня, Жинетт навещает дом молодого барона, где и проводит ночь. Утром, да Курфильд умела просыпаться очень рано, женщина засобиралась покинуть любовника, а затем и Дартмур, но ее ждал приятный сюрприз. Незнакомый мужчина, представившийся гонцом одного влиятельного человека, доставил баронессе письмо, в котором говорилось немного не мало о встрече в Большом Дартмурском театре. Курфильд полностью купилась на такое приглашение.
   Новое знакомство, да еще и с тайным поклонником в ложе театра представлялось крайне интригующим. Жинетт просто не могла отказать своему любопытству. Далее был длительный процесс выбора платья, мучения с прической. В итоге баронесса остановилась на бледно-оранжевом платье с множеством складок из невесомой ткани. Огненно-оранжевые волосы были убраны назад, образуя некое подобие хвоста спадающего с затылка. В ушах красовались рубиновые серьги. Лицу был придан настолько бледный вид, что Лазарин помолодела лет на пятнадцать-двадцать. Она взглянула на свое отражение в зеркале, женщина в отражении была молодой и невесомой, её огненные волосы контрастировали с бледным лицом и блекло-оранжевым платьем.
   Спектакль начинался в полдень и шел достаточно долго, несколько часов, пока солнце не скатывалась с зенита, начиная отбрасывать тень на сцену. Перед тем, как отправиться Лазарин внимательно разузнала о постановке. В этот день ставился так называемый фарс. Курфильд редко посещала театр, в силу того, что жила за городом, но прекрасно представляла, что это за жанр. Высмеивать горожане собирались магов, всех мастей, и это привело Жинетт в легкий шок. Но все-таки она шла смотреть не спектакль, а знакомиться, и была достаточно остроумной, чтобы понимать смысл шуток, но слишком самовлюбленной, чтобы над ними смеяться. Ради приличия она решила пару раз улыбнуться, а может даже и хохотнуть.
   Чересчур тщательная подготовка привела к тому, что Лазарин опоздала немного не мало на три четверти часа. Но почему-то женщина была уверена, что тайный незнакомец не будет рассержен.
   У огромного театра ее встретил личный слуга ложа, который помог подняться Лазарин в ее объемном платье по достаточно крутой лестнице и открыл дверь. Глаза баронессы игриво пробежали по помещению и, наконец, нашли незнакомца. Её белдное лицо озарила лучезарная улыбка. Курфильд присела в реверансе, но промолчала, ожидая, что незнакомец начнет разговор первым.

Отредактировано Жинетт-Лазарин (2009-10-10 00:25:23)

3

Седьмой день лета 704-го года, после полудня.

    Хасан перебирал чётки и смотрел на разыгрывающийся на сцене фарс. Фарс в прямом смысле этого слова, Гис не знал чем руководствовался Фаллакс, когда выбирал постановку, но уж точно не здравым смыслом. Дама, которую он ожидал уже более получаса, обладала самолюбием размером с замок Академии магии, в которой преподавала, так ему описали Жинетт-Лазарин. И теперь некромант гадал, соответствует ли оно истине настолько, чтобы магиана увидев развернувшееся на сцене действо оскорбилась, это могло отодвинуть исполнение планов на несколько недель. Однако также было  известно о другой превалирующей черте характера в личности ожидаемой баронессы Курфильд - алчности. Именно на корыстолюбие по мнению Гиса и стоило сделать ставку, поэтому он и его "слуги" сейчас был и одеты куда богаче чем обычно. Дорогие ткани и металлы готовы были обеспечить необходимое впечатление, а на столике накрытая платком располагалась шкатулка, в которой располагалась удивительной красоты изумрудная брошь, в виде затейливо переплетающихся цветов.
    Сам Хасан выглядел не менее цветущим чем его подарок, все последние дни, он занимался тем, что устранял следы длительных странствий. Кожа вновь была гладкой, и дышала утраченной, казалось бы навсегда молодостью.
Клац! Палец с силой ударил одну костяную бусину о другую, Хасан бросил угрюмо-оценивающий взгляд на Иннокентия, стоявшего в углу ложи, на лице, которого сияла довольная до омерзения улыбка. Белобрысый полубар с поистине детской радостью наблюдал за происходящим на сцене, разве, что тишину сохранял, а не хохотал хватаясь за пузо от каждой шутки. "Воистину, его ребячеству нет предела,"- размышлял воин, не замечая как и на его лицо вылазит такая же улыбка, выражение лица голубоглазого гиганта было невероятно заразительно, не говоря уже о его смехе.
    Впрочем, каким бы ни был характер Фаллакса, он открывал ему многие двери, точнее эти двери открывали ему и с большой охотой надо сказать. Но сейчас он был в ложе не из-за этого, как ни странно для его кровей, полубар был превосходным иллюзионистом, и его задачей было скрыть особенно яркие черты лица Хасана, а именно изуродовавшие глаз шрамы и само отсутствие глаза. Что бы облегчить работу, в ложе царил полумрак, а некромант сидел так, что вся левая часть его лица оставалась в тени.
    Прошла уже значительная часть спектакля, когда наконец раздался предупреждающий стук от Вольфреда, стоявшего снаружи у дверей ложи. Хасан резко встал, чтобы поприветствовать гостью.
-Какое несчастье! Теперь мне придётся казнить своего евнуха, - Гис бросил суровый взгляд на полубара, - ведь он солгал мне сказав, что вы прекрасны. Но теперь я вижу, что этот эпитет ничтожно мелок и недостоин вас. Сама Эрайа покинула свою мельницу и решила почтить меня своим присутствием! - принялся он на восточный манер осыпать даму комплиментами.
-Позвольте же смиренно приветствовать мою богиню, - продолжал сипах, склонившись в восторженном поклоне, - прошу присаживайтесь, о несравненная! - мужчина взял даму за руку и проводил её к креслу, поток комплиментов не иссякал ни на секунду.

Отредактировано Гис Кобра (2009-10-11 17:37:16)

4

Седьмой день лета

   Удивление и неописуемая радость от потока комплиментов засела глубоко внутри. Ничто не поднимало Жинетт настроение так, как лесть, а уж когда прозвучало решение о казни, то тут уж восторгу не было предела. Однако женщина прекрасно понимала, что у каждого подобного прихвостня есть определенная цель, но разве стоит об этом думать, когда тебя словно осыпают ласкающими слух эпитетами. Курфильд с радостью приняла предложение присесть и приземлилась в предназначенное ей кресло.
   -Это так мило с вашей стороны, пригласить меня посетить столь прекрасное место, - Лазарин мило опустила глазки, решив, что лучше выглядеть невинным цветком, - Вы не представляете, как сильно я люблю театр.
   Как назло на сцене разыгрывалась история, повествующая о горе-волшебнике, который желал сделать себя самым прекрасным человеком в королевстве.
   -Однако, когда пришел третий день иллюзия рассеялась и честные люди смогли лицезреть уродство в своей красе, - донеслось до ушей Курфильд и ее глаз невольно дернулся. Судьба явно издевалась над ней, а может и ее собеседник. Кто знает?
   -Возможно, вы перестанете мучить любопытство бедной женщины, и назовете мне свое имя? – хитро улыбнувшись, спросила баронесса. Она старалась не обращать внимания на сцену, и сосредоточить свой взгляд на прекрасном незнакомце.

Отредактировано Жинетт-Лазарин (2009-10-11 18:02:13)

5

-Однако, когда пришел третий день иллюзия рассеялась и честные люди смогли лицезреть уродство в своей красе, - фраза ворвалась в разум одноглазого, и ещё долгое время эхом гуляла по разным уголкам его сознания. Гис бросил беглый взгляд на лицо иллюзиониста, но то застыло воплощая собой образец невинности, лишь где-то в глазах мелькал огонёк веселья. В голову некроманта закрались мысли, о воплощении сказанного о евнухе, нет убивать он точно никого не станет, но лишить полубара пары кусочков тела вдруг захотелось, чтобы так сказать, соответствовал тому, как о нём заявил маг. "Он что, ещё и пьесу прочитал? Хотя с него станется и самому придумать и поставить спектакль, лишь бы кого-то подставить или высмеять!" - ирония ситуации в другой момент бы позабавила Хасана, хоть и сложно было смириться с уродующим лицо шрамом, но сейчас ему было не до шуток оголтелого барда.
-Ох прошу простите мою невежливость, ваше очарование лишило меня всякого понятия о манерах, - мужчина сокрушённо покачал головой, - Позвольте представиться, Фарзад Йилан ибн Хасан Хуссейн,- с лёгким поклоном произнёс притворщик, все части имени были настоящими, но смена их порядка, породила на свет нового человека.
-Сипах, - после недолгой паузы, выпрямившись произнёс внук дервиша, и только после этого позволил себе сесть.
-Надеюсь я не доставил вам неудобств своим неожиданным приглашением, подобная вольность по отношению к девушке, с которой доселе не встречался, дорого бы обошлась в Мадлонге. Впрочем встреча с вами стоит любых рисков. - С лёгкой улыбкой продолжал Гис, надеясь, что со сцены не донесётся излишне насмешливая фраза. "Всё таки стоило, доверить это дело кому-то посерьёзнее Фаллакса, его розыгрыши, когда-нибудь окажутся роковыми! - некромант бросил обеспокоенный взгляд на сцену, затем на полубара, - Пускай сыграет в конце, музыка сгладит впечатления от каверзных речей"

Отредактировано Гис Кобра (2009-10-20 16:15:50)

6

Седьмой день лета

   Мадлонгское имя сочеталось с внешностью более подхоядщей жителю королевства, однако это вовсе не смущало Жинетт. Ей всегда было наплевать на происхождение, нет не так. Ей всегда было наплевать на национальность, а вот так называемое сословное происхождение всегда вызывало интерес. И чем выше стоял человек, тем больше Курфильд тянулась к нему. По жизни ей доводилось встречаться с мадлонгскими поддаными, и она прекрасно знала, что сипах это, переводя на мидарийский, либо барон, либо граф.
   -Я так рада приветствовать гостя из далеких краев, - с уже приклеевшейся улыбкой говорила баронесса, слегка перепрыгивая взглядом с Фарзада на его спутника, на которого мадложанин постоянно бросал злой взгляд.
   -Что вы, милый Фарзад Йилан, - по ошибке произнесла Курфильд, не особенно зная построение имен в султанате, а потому не подозревая о перестановке частей со стороны собеседника, - Для меня настоящая честь быть здесь рядом с вами.
   Как только прозвучала последняя фраза, Жинетт опустила глаза изображая невинность и какой-то детский стыд за произнесенное. Она даже умудрилась слегка покраснеть, интересно сколько сил для этого потребовалось.
   Курфильд наслаждалась комплиментами и громкими, но пожалуй пустыми речами, в надежде, что так будет продолжаться вечно.

Отредактировано Жинетт-Лазарин (2009-10-16 19:11:27)

7

Румянец появившийся на щеках графини произвёл на её ухажёра огромное впечатление, слишком хорошо он представлял сколько "штукатурки" могло потребоваться даме, чтобы придать себе настолько бледный вид. И чтобы краска смущение пробилась сквозь слои белил нужно было обладать незаурядным талантом к стыдливому краснению, или к актёрскому мастерству. Если это последнее, то Гис нашёл превосходную кандидатуру на нужную ему роль.
- Я не смог бы спокойно носить своё и не посмел бы пригласить Вас не будь я в состоянии приготовить дар достойный дополнять ваше совершенство, - промолвил сипах, срывая белый плат, что скрывал приготовленный подарок. Фаллакс, который, до этого стоял, изображая глубокое почтение и готовность услужить, продолжил играть свою роль и подошёл к столику. Открыв шкатулку и развернув её к даме, он дал увидеть изумрудную брошь, что лежала в недрах, после чего вновь вернулся на место к двери.
- Прошу примите его в знак моей искренности, - с тёплой улыбкой произнёс Хасан. Подарок был действительно красив,  стебли золотых растений, с изумрудными листьями, образовывали причудливые переплетения которые венчали рубиновые цветки.

    Он ещё некоторых время вёл разговор по вполне безобидному руслу, спрашивая о местных обычаях, и рассказывая о нелепости некоторых мадлонгских, восхвалял превосходство форм Лазарин над худосочными южанками. Притворился, что не знал о том где работает его спутница, и много расспрашивал её о Мидарийской академии, рассказывая, что знал о мадлонгской, упомянув, что и сам занимался теорией магии.
- Сколько магия сделала для людей! Сколько жизней спасла простым людям! И посмотрите, чем эта чернь платит взамен! - Полный негодования Хасан указал на забытую до этого момента сцену, на которой очередной неудачливый маг, преобразовал вместо букета цветов, собственный нос. Понаблюдав некоторое время за сценой, и горько усмехнувшись, сипах вновь повернулся к даме.
- Но при этом, я не могу их упрекнуть, здесь нет их вины, - Гис откинулся на спинку кресла на некоторое время сосредоточившись на происходящем представлении.

Отредактировано Гис Кобра (2009-10-20 16:21:46)


Вы здесь » Мельницы Агнир' Тесса » Дартмур: территория города » Храмовый квартал: Театр